Хороший ли фэн шуй у исаакиевского собора

Использование устаревшего браузера
повышает риск взлома вашего компьютера.
Обновите свой браузер!

Через социальные сети

Еще не зарегистрированы?

Регистрация

Через социальные сети

Восстановление пароля

Введите почту указанную при регистрации и мы вышлем инструкцию

Что нужно знать об Исаакиевском соборе: 10 интересных фактов и мифов

В связи с передачей Исаакиевского собора РПЦ город буквально разделился на два лагеря: одни радуются, другие — подписывают петиции против этого решения. Поэтому выбрали для вас истории об Исаакии, которые помогут сложить собственное мнение о передаче собора, а также выяснить, при чём здесь инопланетяне, строил ли собор Монферран и как символ города на Неве чуть не перевезли в США.

Исаакиевский собор, одно из самых впечатляющих строений Петербурга, был освящён (30 мая) 11 июня 1858 года. Его история, которая ведёт своё начало практически со дня основания Северной столицы, полна неожиданных поворотов и удивительных фактов. Строительство собора задумал ещё Пётр І, который родился в день памяти преподобного Исаакия Далматского и решил особенным образом почтить святого. Но завершилось строительство уже во время правления Александра II. В разные годы собор был укрытием для искусства и площадкой для физических опытов.

Четыре собора

Первый Исаакиевский собор был создан в 1707 году по указу Петра I на месте чертёжного амбара рядом с Адмиралтейством. Собор четыре раза перестраивали — четвёртое воплощение мы видим сейчас.

В первой деревянной церкви Исаакия Далматского венчались Пётр I и Екатерина I. Вторую, уже каменную, церковь Исаакия Далматского заложили в 1717 году: первая к тому времени уже обветшала. Храм стоял на берегу Невы, примерно на том месте, где сейчас возвышается Медный всадник. Постройка очень напоминала Петропавловский собор архитектурным решением и высоким шпилем.

Однако береговой грунт под церковью постоянно проседал, а в 1735 году он был сильно повреждён ударом молнии. Нужно было менять место расположения собора и строить его заново. При Екатерине II в строительстве начали использовать мрамор, но достроить успели едва ли до половины. Затем Павел I распорядился докончить стройку кирпичом, а мрамор для облицовки перенаправили в Михайловский замок, поэтому собор выглядел странно: кирпичные стены высились на мраморном основании. Этот «памятник двух царствований» освятили в 1802 году, но вскоре стало ясно, что он портит облик «парадного Петербурга». Александру I выстроенное предками не понравилось вовсе, и он велел здание сломать и построить новое — из гранита.

Монферран и его призрак

Архитектором Исаакия в том виде, в котором мы его знаем, был Огюст Монферран. Строительство продолжалось 40 лет. Легенда гласит, что некто нагадал Монферрану смерть после того, как собор будет возведён, поэтому тот и не спешил заканчивать процесс.

И всё же достроил: летом 1858 года митрополит Григорий освятил вновь построенный собор в честь преподобного Исаакия Далматского — покровителя Санкт-Петербурга. Скорее всего, это было случайным совпадением, однако через месяц после окончания строительства Исаакиевского собора Огюст Монферран умер.

Причиной резкого ухудшения здоровья стало будто бы пренебрежительное отношение со стороны нового государя — Александра II. То ли он сделал Монферрану замечание за ношение «военных» усов, то ли самодержцу не по нраву пришёлся своеобразный автограф архитектора: в оформлении собора есть группа святых, смиренным наклоном головы приветствующих Исаакия Далматского, среди них и сам Монферран. Ожидавший заслуженной похвалы творец, почти всю жизнь отдавший собору, впал в уныние, поражённый подобным отношением императора, и через 27 дней умер. По легенде, когда время подходит к полуночи, призрак Монферрана появляется на смотровой площадке и обходит свои владения. Призрак его не злобный, к посетителям, задержавшимся на площадке, относится снисходительно.

Технические новшества и вмешательство инопланетян

На каменоломнях на острове Пютерлакс под Выборгом вырубали гранитные монолиты для колонн весом от 64 до 114 тонн, мрамор для облицовки интерьера и фасадов собора добывали на Рускольских и Тивдийских мраморных ломках.

Доставка огромных блоков к месту строительства, установка 112 монолитных колонн и возведение купола потребовали от строителей многих технических нововведений. Одним из инженеров, которые возводили Исаакиевский собор, был изобретён полезный рельсовый механизм, облегчавший труд строителей. Для создания статуй и барельефов применили новейшую технологию гальванопластики, что позволило впервые в мире разместить многометровые медные статуи на высоте.

Но некоторые утверждают, что возвести подобный собор было не под силу даже сотням человек, а потому без вмешательства инопланетян, как и при строительстве пирамид в Египте, тут не обошлось.

Строительство собора истощило запасы малахита

Исаакий — это сокровищница цветного камня. Здесь использованы бадахшанский лазурит, шокшинский порфир, чёрный сланец, разноцветные мраморы: розовый тивдийский, жёлтый сиенский, красный французский, а также 16 тонн малахита. Еле уловимый запах благовоний, который можно уловить в соборе, источают пластинки из малахита, украшающие колонны у главного алтаря. Мастера их скрепляли специальным составом, сделанным на основе миро (особое благовонное масло).

Считается, что на колонны Исаакиевского собора Демидов истратил все свои запасы малахита и этим обвалил рынок, упала стоимость камня и его престиж. Добыча малахита стала экономически невыгодной и почти прекратилась.

Связь собора с императорской семьёй

Строительство Исаакиевского собора завершилось в 1858 году, однако монументальное сооружение даже после официального открытия постоянно нуждалось в ремонте, доделках, в пристальном внимании мастеров, из-за чего строительные леса стояли неразобранными. За 50 лет петербуржцы к ним так привыкли, что родилась легенда об их связи с царской фамилией: считалось, что пока стоят леса, правит и династия Романовых.

Легенда, надо сказать, небезосновательная: постоянный ремонт требовал огромных затрат (собор был настоящим произведением искусства, и абы какие материалы для его восстановления не годились), а средства выделяла царская казна. Фактически леса с Исаакиевского собора впервые сняли в 1916 году, незадолго до отречения от российского престола императора Николая II в марте 1917 года.

Разорение храма и торжество науки

После революции храм подвергся разорению. В мае 1922 года на нужды голодающих Поволжья из него было изъято 48 килограммов золота и более двух тонн серебра.

В связи с политикой государства 12 апреля 1931 года в храме был открыт один из первых в России антирелигиозных музеев. Это и спасло храм от разрушения: сюда стали водить экскурсии, на которых посетителям рассказывали о страданиях крепостных строителей здания и о вреде религии.

В том же году в Исаакиевском соборе установили гигантский маятник Фуко: благодаря своей длине он наглядно демонстрировал вращение Земли. Тогда это называли триумфом науки над религией. В пасхальную ночь 1931 года семь тысяч ленинградцев набились в Исаакиевский собор, где слушали лекцию профессора Каменщикова, посвящённую опыту Фуко. Сейчас маятник демонтирован, в месте его крепления располагается фигурка голубя, символизирующая Святой Дух.

Храм на продажу

В 1930-е годы прошёл слух, что американцы, восхитившись красотой Исаакиевского собора, чем-то напоминающего им Капитолий, предложили советскому правительству выкупить его. По легенде, храм должны были разобрать и по частям на судах переправить в США, где собрать снова. В качестве платы за бесценный архитектурный объект американцы якобы предлагали заасфальтировать все булыжные мостовые Ленинграда, коих в то время было немало. Судя по тому, что Исаакиевский собор и поныне стоит на своём месте, сделка сорвалась.

Исаакий во время Великой Отечественной войны

Во время Великой Отечественной войны собор пострадал от бомбёжек и артобстрела, на стенах и колоннах местами сохранены следы от снарядов. В соборе во время блокады хранились экспонаты музеев из пригородов Ленинграда, а также Музея истории города и Летнего дворца Петра I. Собор был заметной мишенью для немецких лётчиков во время Великой Отечественной войны из-за своего огромного золотого купола. Жители на свой страх и риск покрывали его литрами зелёной краски, чтобы сделать менее заметным, что позволило спасти множество произведений искусства накануне наступления фашистской армии.

Исаакий — музей или храм?

С 1948 года функционирует как музей «Исаакиевский собор». В 1963 году завершилась послевоенная реставрация собора. Музей атеизма перенесли в Казанский собор, а маятник Фуко сняли, так что с тех пор Исаакий работает исключительно как музей.

На куполе устроена смотровая площадка, откуда открывается великолепная панорама центральной части города. Здесь и сегодня можно увидеть бюст Огюста Монферрана, выполненный из 43 пород минералов и камней — всех, что использовали при строительстве храма.

В 1990 году впервые с 1922 года в храме совершил Божественную литургию патриарх Московский и всея Руси Алексий II. В 2005 году было подписано «Соглашение между Государственным музеем-памятником „Исаакиевский собор“ и Санкт-Петербургской епархией о совместной деятельности на территории объектов музейного комплекса», и сегодня богослужения проводятся регулярно по праздникам и воскресным дням.

Итоги

Сейчас вопрос о передаче Исаакиевского собора РПЦ и выселении музея считается решённым. Церковь неоднократно высказывала свои притязания на владение собором, но всегда получала отказы ввиду нецелесообразности подобного решения, ведь музей приносит доходы в городскую казну — 700-800 миллионов рублей ежегодно.

Что же изменилось теперь, кто будет являться собственником храма и платить за реставрацию и содержание объекта? Формальным собственником Исаакиевского собора останется Петербург, так как объект ЮНЕСКО должен по закону находиться в собственности государства. РПЦ будет пользоваться храмом на безвозмездной основе: Исаакий передают не в вечное пользование, а в аренду на 49 лет.

Оплачивать содержание и нужды собора будет митрополия. Сколько на это понадобится денег, тоже пока не ясно. Ранее озвучивалась цифра 200 миллионов рублей: столько тратил музей ежегодно и на содержание, и на реставрацию.

Кроме того, между РПЦ и Минкультом будет заключён договор о сохранности музейных ценностей, которые останутся в соборе. Представители патриархии уверяют, что все желающие могут посещать собор, как и прежде, и более того — обещают сделать бесплатный вход против нынешних 200 рублей, платными останутся подъём на колоннаду и экскурсии. Эти средства РПЦ будет тратить на содержание собора, за реконструкцию будет платить петербургская казна.

Как утверждают в РПЦ, для проведения экскурсий будет создано специальное церковное агентство, его работа будет оплачиваться за счёт пожертвований, не облагающихся налогом. Музей Исаакиевского собора переедет на Большую Морскую и Думскую улицы. Но пока не произойдёт передачи, музей будет управлять деятельностью собора. Сейчас в Исаакиевском соборе и Спасе на Крови работают 400 человек, часть сотрудников может ждать сокращение. Также свой пост может покинуть директор музея Николай Буров.

Читайте также:  Фэн шуй в действии

Исаакиевский Собор — как хранилище блокадных ценностей

Неизвестные факты из истории Собора

В июле 1941 года уже стало понятно, что вскоре настанут страшные времена — грядет блокада Ленинграда. В связи с этим возникла необходимость срочно решить следующий вопрос — где хранить 40-60 процентов ценных экспонатов, оставшихся в музеяхЛенинграда и пригородов. Вопрос этот обсуждался на совете обороны города, где состоялось бурное заседание. Протоколы этого заседания хранятся в архиве города. Один военный, который присутствовал на заседании, высказал мнение, что наиболее подходящим местом для хранения оставшихся музейных экспонатов, будет Исаакиевский собор.

Он привел три причины, которые доказывали, что Исаакиевский собор выстоит и не будет разрушен. Во-первых, толщина стен собора — три-пять метров, а перекрытий — около шести метров. Во-вторых, собор не является военным объектом, поэтому стрелять по нему, скорее всего, немцы не будут. И, в-третьих, купол собора, и крест на нем (также как и кораблик на Адмиралтействе) являются реперными точками, то есть точками, по которым наводят орудия. Предполагалось, что немцы могут взять Пулковские высоты и установить там дальнобойные орудия. В этом случае они не станут разрушать Исаакиевский собор, который будет для них той самой «реперной точкой». С другой стороны, если фашисты захватят город, бессмысленно уничтожать собор, поскольку здесь хранится много ценностей, которые лучше захватить.

Мнение военного было одобрено, и вынесено решение о создании так называемого Объединенного хозяйства музеев. Руководство Объединенным хозяйством было поручено директору Музея Ленинграда (поскольку Исаакиевский собор тогда был филиалом музея города). Назначили главного хранителя и начальников отделов — отдела Павловска, отдела Пушкина и всех остальных. Они сами вели всю учетную документацию, которую утверждало руководство.Был выдвинут лозунг — «Везем, что можем».

На первых этапах для перевозки ценностей был предоставлен специальный транспорт. Но впоследствии пришлось договариваться о перевозке на танках и другой военной технике, которая шла из пригородов на ремонт. Когда на окраинах города стала уже слышна стрельба, хранителям пришлось везти оставшиеся ценности на тачках и нести в руках. До последнего момента работники музеев старались спасти все экспонаты. В частности, когда нельзя было вывезти какой-нибудь из мебельных гарнитуров целиком, они уносили хотя бы одну вещь, например, кресло или маленький столик, в качестве образца для восстановления этого гарнитура. Для упаковки использовали, в основном, ящики от стамиллиметровых снарядов, которых тогда было много. Такой ящик был удобен тем, что его можно было переносить вчетвером.

Основную массу ценностей расположили на хранение в верхних помещениях Исаакиевского собора. А в подвале предполагалось хранить только те предметы, которые не смогут сильно пострадать от холода и влажности. Однако это решение себя не оправдало, потому что наверху тоже не было никакого отопления. Всю зиму 1941/42 гг. в помещениях собора была минусовая температура и почти всегда — 100-процентная влажность. По стенам от влажности стекала ручейками вода, так что под ними набирались целые лужи.

После войны, при реставрации мраморной облицовки стен собора, практически вручную было снято два миллиметра верхнего слоя. От воды и холода мрамор покрылся налетом и на нем образовались безобразные пятна. В течение 16 лет собор реставрировался вручную, пока не был полностью восстановлен.В общей сложности, в соборе хранилось примерно 120 тысяч различных ценных предметов. Картины хранились без рам, потому что их надо было время от времени выносить для проветривания на портик, а в рамах делать это было бы тяжело и долго. Ящики с музейными ценностями стояли стеллажами высотой до 6 метров, а между ними были только узкие проходы.Каждый хранитель музея знал, где расположены ценности, за которые он отвечает. Рабочий день у хранителей был 12 часов, работали 6 дней в неделю. Окна собора были заделаны кирпичами и мешками с песком, поэтому внутри была абсолютная темнота. Только летом из верхнего фонаря собора проникало немного света.

После войны хранители музея вспоминали, что для них самым тяжелым моментом было — войти с утра в морозную и мокрую атмосферу собора и начать работать. Работа заключалась в проверке состояния каждой вещи. Если работники музея, осторожно прощупывая вещь руками в ящике, чувствовали, что вещь погибает от сырости, то они вытаскивали ее, протирали и просушивали. Если требовалась срочная реставрация, то они обращались к мастерам Эрмитажа, с которыми был налажен хороший контакт. Эрмитажники им помогали, как могли, и потом вещи возвращались на место обновленными. Таким образом, хранители проверяли до 40-50 тысяч ценностей в год. Иногда их руки так коченели от холода, что терялась чувствительность. Тогда они шли в помещение, где стояла буржуйка, пили чай и грели руки о печку. Немного отогревшись, шли работать дальше.

Это была их основная работа. Кроме этого они время от времени ездили на фронт. Доехать до линии фронта было очень просто. На театральной площади садились на трамвай № 36 и доезжали до Стрельны. А в Стрельне выходили, брали винтовки и стреляли по врагу, потому что фашисты были совсем близко от города.

После войны только в 1948 году из Исаакиевского собора забрали последние ящики с экспонатами. Их перевезли в хранилище, созданное в Манеже на Конюшенной площади. Тогда приступили к полной реставрации Исаакиевского собора, которая длилась 16 лет. Во время реставрации часть музея была открыта для посетителей. От 40 до 50 процентов настенной живописи было безвозвратно потеряно, ее пришлось восстанавливать заново. Последние работы были завершены только в 2009 году.

В подвале собора жили в общей сложности около 40 человек. Это были сотрудники пригородных музеев. Они приехали в собор в августе, в летней одежде. Никто не предполагал, что война продлится так долго, что настанут страшные блокадные дни. Сотрудники Объединенного хозяйства музеев, а также военные поделились с ними одеждой и необходимыми принадлежностями.В подвале были сделаны нары, где люди спали. Кроме того, в подвале находился кабинет главного хранителя и директора Объединенного хозяйства. Там стояли стол, сейф и лежал чемоданчик с нужными вещами, с которым в случае тревоги нужно было бежать в бомбоубежище. Однако бомбоубежище ни разу не понадобилось, за толстыми стенами собора бомбы были не страшны.

На все помещение была одна буржуйка. Вторая стояла наверху. Раньше собор отапливался 12 печами, от которых оставались дымоходы. Труба буржуйки была выведена в один из дымоходов. И летом, и зимой температура в подвале была 5-7 градусов, а в сильные морозы падала до 15 градусов. Жильцы подвала вспоминали потом, что самым страшным было не минус 20 наверху, а плюс 7 внизу, в каменном мешке.

Кроме взрослых в подвале жили еще трое детей — четырех, пяти и шести лет. Это были дети сотрудников.По темному подвалу можно было передвигаться либо с зажженной лучинкой, либо с электрическими фонариками. Но детям этого не полагалось. После войны они вспоминали, как в кромешной темноте играли в прятки по всему подвалу. А на полу стоял слой воды, сантиметров пять. Ходить можно было только по деревянным узким настилам. Детям строго настрого было приказано: как только вы услышите, что кто-то идет, обязательно дайте о себе знать, иначе вас могут сбить в холодную воду, и тогда воспаления легких не миновать. И дети пели песенки или читали стишки, чтобы их заметили.

Первое время они весело играли, но, начиная с декабря 1941 года, сил для игр уже не оставалось. Родители сажали их на нары, накрывали одеялами, мешками, старыми половиками, чем угодно, только чтобы сохранить остатки тепла, а, вернувшись через несколько часов, видели ребят в том же положении — свернувшимися калачиками от холода.Сотрудники жили здесь всю зиму 1941/42 гг., а потом их переместили в здание гостиницы «Астория», где было устроено общежитие для работников культуры и искусств.

Перед войной купол Исаакиевского собора покрасили темной масляной краской. Красили вручную, широкими кистями. Четыре бригады альпинистов по два человека в течение трех недель выкрасили весь купол темно-серой краской, под цвет грозного неба. А в 1946 году его отмыли, тоже вручную, тряпками, сначала — щелочью, потом — керосином, потом тщательно промыли водой. При таком бережном отношении позолота не пострадала.

На крыше собора стояли посты МПВО — местной противовоздушной обороны. На постах стояли, в основном, мобилизованные девушки с музыкальным образованием. Вражеские налеты происходили чаще всего ночью. Самолеты летели с разных сторон большими группами. С крыши собора в небо были направлены рупоры, по два вместе, стоявших на расстоянии 6-8 метров друг от друга. От каждого рупора шел звук в наушник. И, поворачивая эти рупоры, можно было добиться такого эффекта, когда звук становился одинаковым. Таким образом определялись направление самолета и примерная высота. Для этого был необходим хороший музыкальный слух.

“У каждого свой Исаакиевский собор”

Всякая великая держава, достигнув определённого уровня, строит свой “Исаакиевский собор”.

Сравнивая архитектуру наиболее значительных держав, нельзя не отметить некоторое сходство. Если пользоваться аналогиями компьютерных игр, то это что-то вроде “Чуда света” из Age of Empires, только в данном случае стандартизированное — высокий купол, опирающийся на барабан с колоннадой. Образцом, судя по всему, послужил собор св. Петра в Риме (1626 г., группа архитекторов)

Так собор выглядит изнутри.

В 1670 г. король Франции Людовик XIV задумал построить богадельню для пострадавших солдат. В период 1676-1706 гг. было возведено здание, ставшее одной из самых известных построек Парижа — Дом инвалидов. Функцию пансионата для ветеранов и инвалидов оно несёт до сих пор. Под куполом с крестом находится церковь Дома.

Так Дом инвалидов выглядит изнутри:

В Англии такой постройкой стал собор св. Павла, 1708 г., архитектор Кристофер Рен. С запада фасад собора украшен портиком с двумя колокольнями, но ключевой деталью постройки является большой купол. История рассказывает, что купол, как декоративные изменения, был внесён в проект лично королем Карлом II. Определённо, его величество знал толк в декоративности 🙂

Читайте также:  Клеродендрум по фэн шуй

Внутренний вид собора св. Павла:

В 1758 г., в период правления короля Людовика XV, в Париже началось строительство новой церкви св. Женевьевы. Оно продолжалось до самой революции 1789 г., после чего церковь была переделана в Пантеон, в котором хоронили революционеров. Здание меняло свои функции, то становясь обратно церковью, то Пантеоном, в качестве которого оно используется и сегодня. Архитектором изначального проекта был Жак-Жермен Суффло.

Сегодня Пантеон изнутри выглядит так:

Одним из главных украшений и символов Санкт-Петербурга, бесспорно, является Исаакиевский собор, освящённый в честь св. пр. Исаакия Далматского, в день памяти которого родился будущий император Пётр Великий. Монументальная постройка в стиле позднего классицизма возводилась в 1818—1858 гг., архитектором проекта стал Огюст Монферран, строительство курировал лично император Николай I.

Изнутри Исаакий выглядит так:

В 1793 г. в США был заложен первый камень здания Капитолия. Впоследствии его сожгли англичане, восстановительные работы заняли пять лет. Впоследствии к зданию пристроили купол, на который в 1863 г. была установлена 6-метровая аллегорическая статуя Свободы. Официально считается, что образцом для купола Капитолия послужил купол собора св. Павла в Лондоне.

Изнутри купол Капитолия украшен первой в США фреской, изображающей «Апофеоз Вашингтона» в окружении олимпийских богов, автор фрески — греко-итальянец Константин Брумиди, 1865 год.

Вообще в Америке многие капитолии штатов построены в подобном стиле. Возведены они были в XX веке. Прикладывать сюда все было бы затруднительно, поэтому ограничусь несколькими:

Капитолий штата Западная Виргиния, 1925 г., арх. Кэсс Гильберт:

Так изнутри выглядит Капитолий штата Пенсильвания, 1902-1906 гг., арх. Джозеф Миллер Хьюстон:

Сити-холл Сан-Франциско, 1913-1915 гг., арх. Артур Браун мл.:

Капитолий штата Оклахома: 1914-1919 гг., арх. Соломон Эндрю Лэйтон:

Монументальный классический стиль одинаково хорошо смотрится и в церковных постройках, и в гражданских. Интересно, что первые чисто светские сооружения в подобном стиле были возведены в Новом Свете (купол Дома инвалидов — церковь). А Исаакиевский собор я упомянул в заголовке потому, что идея сделать такой пост началась с него.

На этом всё, любите красивую архитектуру, берегите себя, до новых встреч.

10 интересных фактов об Исаакиевском соборе

И саакиевский собор возводили 40 лет, а когда наконец сняли с него строительные леса, надобность в сооружении как в храме отпала почти сразу. О том, кто строил знаменитый храм, сколько реконструкций он пережил и какие легенды его окружают — в материале портала «Культура.РФ».

Три предшественника Исаакиевского собора

Исаакиевский собор Огюста Монферрана стал четвертым собором, построенным на этой площади. Первую церковь в честь святого Исаакия Далматского возвели для рабочих Адмиралтейских верфей практически сразу после основания Санкт-Петербурга. Вернее, ее перестроили из здания чертежного амбара под руководством Хармана ван Болеса. Петр I, родившийся в день памяти святого Исаакия, в 1712 году обвенчался здесь с Екатериной I. Уже в 1717 году, когда старая церковь стала ветшать, было заложено новое каменное здание. Строительство шло под руководством Георга Маттарнови и Николая Гербеля. Через полвека, когда уже вторая петровская церковь пришла в негодность, было заложено третье здание — уже на другом месте, немного дальше от берега Невы. Его архитектором стал Антонио Ринальди.

Победа рисовальщика над архитекторами

Конкурс на строительство нынешнего Исаакиевского собора объявил в 1809 году Александр I. Среди его участников были лучшие зодчие своего времени — Андриан Захаров, Андрей Воронихин, Василий Стасов, Джакомо Кваренги, Чарльз Камерон. Однако ни один из их проектов не удовлетворил императора. В 1816 году по совету главы Комитета по делам строений и гидравлических работ Августина Бетанкура работу над собором поручили молодому архитектору Огюсту Монферрану. Решение это было удивительным: большого опыта в строительстве у Монферрана не было — он зарекомендовал себя не постройками, а рисунками.

Неудачное начало строительства

Неопытность архитектора сыграла свою роль. В 1819 году началось возведение собора по проекту Монферрана, однако всего через год его проект основательно раскритиковал член Комитета по делам строений и гидравлических работ Антон Модюи. Тот считал, что при планировании фундаментов и пилонов (опорных столбов) Монферран допустил грубейшие ошибки. Связано это было с тем, что архитектор хотел максимально использовать те фрагменты, что остались от собора Ринальди. Хотя первое время Монферран всеми силами отбивался от критики Модюи, позже он все же согласился с критикой — и строительство приостановили.

Архитектурные и инженерные достижения

В 1825 год Монферран спроектировал новое грандиозное здание в стиле классицизм. Его высота составляла 101,5 метра, а диаметр купола — почти 26 метров. Строительство шло крайне медленно: только на создание фундамента ушло 5 лет. Для основы пришлось вырыть глубокие траншеи, куда вбили просмоленные сваи — более 12 тысяч штук. После этого все траншеи соединили между собой и залили водой. С наступлением холодов вода замерзла, и сваи спилили под уровень льда. Еще два года ушло на установку колонн четырех крытых галерей — портиков, гранитные монолиты для которых поставляли из выборгских каменоломен.

Следующие шесть лет возводились стены и подкупольные столбы, еще четыре года — своды, купол и колокольни. Главный купол был выполнен не из камня, как это делалось традиционно, а из металла, что значительно облегчило его вес. При проектировании этой конструкции Монферран ориентировался на купол лондонского собора Святого Павла Кристофера Рена. На золочение купола ушло более 100 килограммов золота.

Вклад скульпторов в оформление собора

Скульптурное убранство собора создавалось под руководством Ивана Витали. По аналогии с Золотыми вратами флорентийского баптистерия он изготовил впечатляющие бронзовые двери с изображениями святых. Витали также стал автором статуй 12 апостолов и ангелов на углах здания и над пилястрами (плоскими колоннами). Над фронтонами разместили бронзовые рельефы с изображениями библейских сцен в исполнении самого Витали и Филиппа Оноре Лемера. Также в скульптурном оформлении храма участвовали Петр Клодт и Александр Логановский.

Витраж, каменная отделка и другие детали интерьера

Работа над интерьерами собора шла 17 лет и закончилась лишь в 1858 году. Внутри храм был отделан ценными породами камней — лазуритом, малахитом, порфиром, разными видами мрамора. Над росписью собора работали главные художники своего времени: Федор Бруни написал «Страшный суд», Карл Брюллов — «Богородицу во Славе» в плафоне, площадь этой росписи более 800 квадратных метров.

Иконостас собора выстроили в виде триумфальной арки и украсили монолитными малахитовыми колоннами. Иконы, выполненные в технике мозаики, были созданы по живописным оригиналам Тимофея Неффа. Мозаикой декорировали не только иконостас, но и значительную часть стен храма. В окне главного алтаря находился витраж с изображением «Воскресения Христа», выполненный Генрихом Марией фон Хессом.

Дорогое удовольствие

На момент строительства Исаакиевский собор стал самым дорогим храмом в Европе. Только на закладку фундамента ушло 2,5 миллиона рублей. Всего же Исаакий обошелся казне в 23 миллиона рублей. Для сравнения: все строительство соразмерного Исаакиевскому Троицкого собора стоило два миллиона. Связано это было как с грандиозными размерами (храм высотой в 102 метра до сих пор остается одним из самых крупных соборов в мире), так и с роскошной внутренней и внешней отделкой здания. Николай I, опешивший от таких расходов, приказал сэкономить хотя бы на утвари.

Освящение храма

Освящение собора прошло как государственный праздник: на нем присутствовал Александр II, а длилось мероприятие около семи часов. Вокруг собора располагались зрительские места, билеты на которые стоили немалых денег: от 25 до 100 рублей. Предприимчивые горожане даже сдавали квартиры с видом на Исаакиевский собор, откуда можно было наблюдать за церемонией. Несмотря на то что желающих посетить мероприятие было немало, многие из них не оценили Исаакиевский собор, и первое время из-за своих пропорций храм носил прозвище «Чернильница».

Мифы и легенды

Поговаривали, что такое длительное строительство собора было вызвано отнюдь не сложностью работ, а тем, что ясновидец предсказал Монферрану смерть сразу после завершения храма. И действительно, архитектор умер через месяц после освящения Исаакия. Завещание зодчего — похоронить его в храме — так и не выполнили. Гроб с телом архитектора обнесли вокруг храма, а потом передали вдове, которая увезла останки мужа в Париж. После смерти Монферрана прохожие якобы видели его призрак, бродивший по ступенькам собора, — входить в храм он не решался. Согласно еще одной легенде, дом Романовых должен был пасть после снятия строительных лесов, которые окружали собор еще долгое время после освящения. Совпадение или нет, но окончательно леса сняли в 1916 году, а в марте 1917 года Николай II отрекся от престола.

Храм в советское время

В первые годы советской власти храм оставался действующим, однако государство его не финансировало, а все церковные ценности изъяло. В 1931 году в здании музея был открыт антирелигиозный музей. Одним из ключевых экспонатов стал подвешенный к куполу собора 90-метровый маятник Фуко, который доказывал факт вращения Земли вокруг своей оси.

Во время Великой Отечественной войны в подвалах Исаакия находился склад, где хранились музейные ценности, которые не успели эвакуировать. Так как купол собора немецкие летчики использовали в качестве ориентира, напрямую в собор они не стреляли — и хранилище осталось невредимым. Однако собор все же пострадал в годы войны: взрывавшиеся рядом с храмом осколки повредили колонны, а холода (в годы блокады Исаакий не отапливался) — настенные росписи.

Забытая реальность

вспомним прошлое, вернемся к истокам

Тайны Исаакиевского собора

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Рекомендую посмотреть видео про историю Исаакиевского собора

«И не дышать над вашим чудом, Монферран…»

«Исаакиевский собор, один из монументальных символов Санкт-Петербурга, стал предметом пристального внимания специалистов. Началась проверка технического состояния здания. Эксперты исследуют трещины внутри храма и инженерные конструкции, чтобы понять, угрожает ли сооружению просадка грунта, которому приходится выдерживать давление в 300 тысяч тонн. У слова «величие» в Петербурге есть синоним. Исаакиевский собор, диктующий масштаб невской панорамы, как и 150 лет назад поражает воображение современников. Из всех практических вопросов, связанных с историей этого фантастического здания, один по-прежнему на повестке дня. Каким должен быть фундамент собора, чтобы выдерживать давление в 300 тысяч тонн? Именно таков вес творения Монферрана. В двадцатых годах XIX века под воздействием критики коллег Монферран пошел на изменения первоначального проекта, значительно облегчив конструкцию, но отказаться от своего замысла человек, написавший на альбоме чертежей «Не весь умру», не мог. Возможно, зодчий стал жертвой собственных амбиций и именно под Исаакием шевелится петербургский хаос. Любой человек, знакомый с основами строительного дела, знает, что осадка знания в первую очередь проявляется в дверных проемах. Попробовав открыть створку одной из дверей собора, весящую около восьми том, убеждаемся, что здание не дает осадку. Первый авторский альбом, посвященный Исаакиевскому собору, Моферран еще до окончания строительства отправил не непосредственному заказчику, русскому императору, а французскому королю Луи-Филлипу. Архитектор был крайне озабочен своей репутацией в Европе. На чертеже фундамента 1845 года выделены участки основания третьего Исаакиевского собора. Согласно условию Александра Первого, Монферран сохранял значительную часть творения Ринальди, а совмещение двух фундаментов могло повлиять на устойчивость здания. При забивке сосновых свай строители стремились достичь максимальной плотности грунта. Как рассказал хранитель Исаакиевского собора Сергей Окунев, они вбивались на расстоянии, равном диаметру этих свай, и вбивались таким образом, чтобы при ударе ломом между сваями по земле лом отскакивал. Только тогда считалось, что они забиты нормально. Несмотря на применение передовых для своего времени технологий, деформации стен были замечены Монферраном еще в 1841 году, а необходимость первой комплексной реставрации собора возникла уже через 20 лет после окончания строительства. С середины XIX века за состоянием здания наблюдала особая техническая комиссия, которая действовала до 1917 года. 150 лет, прошедшие с момента постройки собора, показали, что Исаакий постепенно оседает в западном направлении. Первые попытки изучения этого процесса были предприняты в начале 30-х годов прошлого века. В ходе многолетних наблюдений выяснилось, что осадка на Запад составляет от 30 до 45 сантиметров. По мнению хранителя собора Сергея Окунева активная фаза движения уже прошла. Он пояснил свои соображения: «Я достаточно регулярно смотрю маячки, стеклышки, вмазанные в стены, находящиеся в верхней части собора. За последние годы у нас ни один их маячков не лопнул. Это значит, что сдвигов больше, чем на миллиметр, не было. Новое исследование состояния фундамента и металлоконструкций собора обещает быть самым объемным и точным. На экспертизы двум институтам отводится целый год. Как рассказал Николай Буров, директор музея-памятника «Исаакиевский собор», через год будет составлен план дальнейших действий. Предыдущие экспертизы 45-летней давности категорически рекомендовала не вмешиваться в то, что создано, так как можно таким вмешательством гораздо больше навредить. Свайное основание собора находится ниже уровня грунтовых вод. В воде сосны могут спокойно находиться столетиями, но если уровень воды изменится и к древесине попадет кислород, то неизбежен процесс гниения. Для того, чтобы понять, что же творится под зданием собора на глубине 20 метров, необходимы геодезические исследования. Вот что рассказал о предстоящих исследованиях Борис Подольский, заместитель директора музея-памятника «Исаакиевский собор: «Это будут геологические исследования при помощи буровых установок. По периметру будет выбрано несколько точек и будут браться пробы грунтов и одновременно определяться уровень грунтовых вод». Если в интерьере собора об осадке напоминают лишь трещины на западной стене, то на высоте 80 метров внутри металлоконструкций, удерживающих балюстраду, изменения носят более тревожный характер. Более 40 элементов балюстрадного кольца имеют трещины. Статичность грунтов под Исаакием — главное условие долговечности здания, но как раз на это трудно рассчитывать в свете перестроек в центре города. Ситуацию с собором с прежней актуальностью комментируют слова одного из коллег Монферрана, сказанные 190 лет назад: «Должно остерегаться, чтобы не ошибиться в доброте земной».»

Читайте также:  Дримиопсис фэн шуй

Исаакиевский собор: скрытые цифры

Когда смотришь со стороны, не задумываешься, что внутри этого огромного сооружения десятки и десятки километров кабеля, трубопроводов, системы контроля температуры — все то, без чего собор просто не сможет жить. Одного оптоволокна тут проложено 15 000 метров. Здесь можно заметить, что раньше-то обходились без всего этого, — но надо понимать, что раньше и собор был новым. Когда его строили, никто не рассчитывал на эксплуатацию в течение столь длительного срока, тогда так просто не делали.

Четыре собора входят сегодня в состав одного из наиболее успешных музейных комплексов России «Исаакиевский собор». Успех не только в музейной деятельности, но и в том, что это единственный музей России, отказавшийся от государственных субсидий. Несколько лет назад руководство музея взвесило свои силы и возможности и было принято решение самостоятельно зарабатывать на свое содержание и реставрацию.

540 служб проводится в сумме в соборах музея ежегодно. Каждая полностью поддерживается, обслуживается и оплачивается из бюджета музея.

От 50 до 80 миллионов рублей выплачивает сегодня Исаакий в виде налогов ежегодно. Постройка собора финансировалась из государственного бюджета и народных пожертвований. Собор всегда оставался в собственности государства, церковникам было позволено только служить здесь. Попытки получить контроль над собором со стороны Синода начались сразу после освящения собора, но были пресечены решением императора. Всю свою историю собор принадлежал России…

12 часов — продолжительность рабочего дня сотрудника музея. Ежегодно растущий доход музея позволяет существенно увеличить скорость работы реставраторов. Кстати, именно здесь впервые на территории России был опробован режим работы музейного комплекса, который позже получил название «Ночь музеев».

17 категорий посетителей музея освобождены от оплаты билета. Постоянно проводятся бесплатные программы для посетителей с ограниченными возможностями. Отдельные занятия для студентов оплачиваются из бюджета. Православные паломники также освобождены от оплаты.

В музее существуют специально разработанные программы для слепых, которые проводят в выходной день музея — среду. В будний день поток народа огромен, могут и затолкать, так что сотрудники приняли решение о том, что они готовы принимать слепых в свой выходной день. Тут зародилась новая для музеев России программа «Увидеть храм руками». Есть довольно большая программа для слабослышащих.

30 миллионов рублей музей потратил на то, что купил, привез и смонтировал итальянский лифт уникальной конструкции, позволяющий подняться на колоннаду инвалидам-колясочникам. Работники музея придумали уникальную программу, в большей степени ориентированную на малоподвижных детей, — «Увидеть полет птиц перед носом». Мальчики и девочки, от рождения не знающие радости передвижения собственными ногами, получили возможность подняться на красивейшую смотровую площадку города.

22 градуса — такая температура поддерживается для спасения мозаик основного пространства Исаакиевского собора. Чтобы не отказывать верующим в традиции ставить свечи, было продумано специальное решение — устанавливать свечницу во время службы на улице. Всю торговлю своим инструментарием церкви разрешается осуществлять на территории собора.

Та мозаика, что перед вами, и большинство мозаик Спаса на Крови выполнены в мастерских Фролова. Это целая династия, которая работала совершенно уникально. Действительно, сегодня можно все это увидеть своими глазами. После революции у них кончились заказы, которые были основой их работы. К счастью, в 30-х годах появились заказы Московского метрополитена. Все, что сделано в московском метро, — это почерк той же знаменитой «Мастерской мозаичного искусства Фролова». К сожалению, когда этот заказ закончился и старые мастера ушли, цепочка передачи знаний из рук в руки прервалась.

22 года (15 лет исследования и 7 лет практической работы) ушло на восстановление Царских врат Спаса на Крови. Это 600 килограммов ювелирки — горячая эмаль по серебру, по меди, с позолотой… Главный мастер этого процесса — Лариса Соломникова, которая практически возродила технологию горячей эмали на больших плоскостях, — согласилась остаться в рядах сотрудников музея и за символическую плату вести в Исаакиевском соборе мастер-классы для детей по азам эмальерного искусства.

Среди постоянного персонала музея есть несколько специальных мастерских: небольшая группа позолотчиков работает в основном на нужды Сампсониевского собора, камнерезная мастерская занимается постоянным протезированием тех или иных сколов и щербин каменных элементов.

В 1945 году, сразу после войны, началась предыдущая масштабнейшая реставрация собора. Сейчас это сложно представить: мастера, сами еще голодные, максимально старались использовать в работе материалы, которые были характерны для XIX века, — к примеру, осетровый клей. Самое страшное для столь великих зданий, нагруженных таким количеством художественного убранства, — они не терпят остановки обслуживания. Наибольший ущерб был нанесен Исаакию во время войны только одним обстоятельством — его перестали отапливать.

Четыре из четырех соборов музея «Исаакиевский собор» желает получить в собственность РПЦ. Решение по одному собору, Смольному, городские власти уже приняли, и он отойдет епархии. По Сампсониевскому собору пока идет обсуждение, но руководство музея не выступает особо против, так как на Выборгской стороне города действительно не хватает храмов, хоть и жаль сил, потраченных на реконструкцию практически руин. Менее месяца назад появилась информация, что церковь пытается отобрать также и Спас на Крови и Исаакий — соборы, которые государство никогда не выпускало из рук. Это будет означать конец музейной работы, хотя бы по причине ее полной неокупаемости.

В 2016 году Исаакиевский собор и Спас на Крови посетили 3 млн 810 тыс. человек, в 2017 году – 3 млн 814 тыс. человек.

500 000 000 рублей в год — примерно такая сумма через два-три года потребуется из городского бюджета на поддержание и реставрацию колоссальной постройки. Сейчас эта сумма полностью покрывается доходами музея.

40 человек — именно так оценил необходимое количество персонала для обслуживания Исаакиевского собора господин Чаплин. Как при этом будет вестись нынешняя серьезная научная историческая работа, пропагандистская и педагогическая деятельность? Кто будет генерировать новые проекты и пионерские музейные программы, он также не стал уточнять. В настоящий момент этим занят коллектив из 400 сотрудников государственного музея, которых, соответственно, при передаче храма РПЦ планировали уволить.

К счастью, в итоге Правительство Петербурга определилось со статусом Исаакиевского собора. РПЦ не получила в пользование Исаакиевский собор. Распоряжение о его передаче церкви утратило силу.

Понравилось? Хотите быть в курсе обновлений? Подписывайтесь на наш Twitter, страницу в Facebook или канал в Telegram.

Ссылка на основную публикацию